— Думаю? А разве я могу не думать? Ведь это — моя звезда, — она показала рукой в сторону Немезиды. — Никто не может снять с меня ответственности.

Питт стиснул зубы. Опять все сначала, все одно и то же, подумал он. Вслух же сказал:

— Экран включен. Так что же вас беспокоит?

— Марлена. Моя дочь. Она каким-то образом узнала.

— Что узнала?

— О Немезиде и Солнечной системе.

— Откуда она могла узнать? Разве только от вас?

Юджиния беспомощно развела руками.

— Конечно, нет. Я не обмолвилась ни словом, но для нее это и не обязательно. Я не знаю, как это у нее получается, но она все видит и все слышит. И на основании этого делает свои выводы. Марлена всегда отличалась такой способностью, а за последний год она очень развилась.

— Ну хорошо. Значит, она просто догадывается и иногда удачно.

Скажите ей, что на этот раз она ошибается, и проследите, чтобы не болтала об этом.

— Но она уже успела рассказать одному юноше, от которого я все и узнала. Это Оринель Пампас. Он часто бывает в нашей семье.

— Ах да. Я знаю его немного. Скажите ему, чтобы он не слушал сказки, которые сочиняет девчонка.

— Она не девчонка. Ей уже пятнадцать.

— Для него она маленькая девочка, уверяю вас. Я же сказал, что знаю этого молодого человека. У меня такое впечатление, что ему очень хочется поскорее повзрослеть. Помню, в его возрасте я считал ниже своего достоинства обращать внимание на пятнадцатилетних девчонок, особенно если они…

— Понимаю, — с горечью продолжила Юджиния. — Особенно если они некрасивы, низкорослы и толстоваты. А разве не важно, что она чрезвычайно умна?

— Для вас и для меня? Конечно, важно. А для Оринеля — конечно, нет. Если будет необходимо, я побеседую с ним, А вы поговорите с Марленой. Объясните ей, что все это просто смешно, все неправда, и пусть она ни с кем не делится своими вредными фантазиями.